Что мой сын должен знать об устройств Что мой сын должен знать об устройств
Избранные цитаты из книги «Что мой сын должен знать об устройств» — Фредрик Бакман. Selected quotes from Фредрик Бакман's book "Что мой сын должен знать об устройств".
За чартерные рейсы. За ковбойскую шляпу. За футболку «Настоящий мужик весит 90+». За нелепую речь, которую я толкнул на твоем выпускном. За все те разы, когда, подвыпив, буду рассказывать тебе один и тот же анекдот про двух ирландцев в лодке. За все за это я прошу у тебя прощения.
Учти: я намерен довести до твоего сведения, что быть родителем, вообще говоря, не такое удовольствие, как кажется со стороны. Приходится много чего держать в уме. Пеленальные сумки. Детские кресла. Колыбельные. Запасные варежки. Какашки. Какашки – это главное. Приходится постоянно иметь дело с невероятным количеством какашек.
Весь твой быт подчинен какашечной логистике. Ты без тени смущения беседуешь об этом с посторонними. Обсуждаешь консистенцию, цвет, частоту. Делишься опытом. Как отмыть руки от какашек. Чем лучше отстирывать белье. Как выковыривать какашки из зазоров между плиткой на полу ванной. Ты проникаешься какашечной метафизикой.
А мое поколение все знает, ага! Мы знаем ВСЁ! Так что, если с тобой в дальнейшем что-нибудь случится, с меня спросят по полной. И никакой суд не примет во внимание, что я хотел как лучше. Я же типа мог погуглить. Обязан был погуглить. Господи, ну почему я не погуглил?
Мы боимся одного – ошибиться.
Мы хотим, чтобы вы стали лучше нас. Потому что если наши дети не станут лучше нас, то какой тогда во всем этом смысл?
Мысль, что с этого мгновения ты будешь отвечать не только за себя, огорошивает сильнее, чем ты предполагал.
Мысль, что с этого мгновения ты будешь отвечать не только за себя, огорошивает сильнее, чем ты предполагал. Единственное, чего мы хотим, – защитить вас. Уберечь от разочарований. И провалов. И безответных влюбленностей.
И вот мы с тобой там. Ты и я. И какашки. В полной тьме.
И не ходи против движения. Правда. Я люблю тебя, и готов повторять это снова и снова, но, если ты хотя бы попытаешься пойти в «Икее» против течения, тебя уже никто не спасет.
Если покупатели в «Икее» перестанут двигаться в одну сторону, наступит хаос, понимаешь? И цивилизация, какой мы ее знаем, рухнет во мрак и пламя преисподней, как предсказано в Апокалипсисе.
Но, видишь ли, все мы становимся старше. Тебя это тоже затронет. Тогда ты поймешь и другие вещи. Например, что все лучшее, что случится в твоей жизни, рано или поздно с неизбежностью приведет тебя в «Икею».
Потому что нынче люди подходят к домашнему интерьеру со звериной серьезностью. Это стало у нас чем-то вроде национального спорта – искать символические смыслы в отделе «Кухни и бытовая техника».
Так что играй. Учись. Расти. Увлекайся. Ищи свою любовь. Старайся. Будь добрым, когда сможешь, и жестким, когда надо.
Я к тому, что в футбол проще играть, чем не играть. Огребешь меньше дерьма, вот и все.
Потому что человек любит вещи. Новые вещи. Еще более новые вещи. Вещи, которые заменяют старые вещи, и старые вещи, которые стары до такой степени, что стали винтажными вещами и могут использоваться вместо новых. В качестве прикольных вещей.
Потому что человек любит вещи. Новые вещи. Еще более новые вещи. Вещи, которые заменяют старые вещи, и старые вещи, которые стары до такой степени, что стали винтажными вещами и могут использоваться вместо новых. В качестве прикольных вещей. Иногда от вещей приходится избавляться, чтобы освободить место для новых вещей, а потом мы так скучаем по старым вещам, что приходится стилизовать новые вещи под старые.
Короче, кругом фигня. Повсеместно. Ладно бы еще это была приличная фигня! Но нет – она фиговая! А как только у человека появляются дети, ему нужна фигня для всего. Нужна фигня, совместимая с той, что уже есть. Фигня для машины. Фигня для стола. Фигня для ванной. Знал бы ты, какое невообразимое количество фигни нужно для какашек!
Вот какой породы эти мужчины. Они могут с утра выйти во двор с пустыми руками, а к вечеру вернуться в дом с уже пристроенной веранды. Вернуться в дом, понимаешь?
Оба твоих деда построили себе дома, когда еще не было Гугла. Представляешь масштабы? Это не люди. Это живые швейцарские армейские ножи. Они горды и суровы и, возможно, не всегда говорят то, что нужно, там, где нужно. Потому что в то время, когда у них самих появились дети, тема отцовского отпуска по уходу за ребенком была не сказать чтобы самой актуальной. Да, иной раз они пасуют в споре о вещах, которые нельзя взвесить или пнуть ногой. Но они добывали свой хлеб в поте лица. Они себя обеспечивали. Они умеют заполнять налоговую декларацию и могут починить микроволновку, и разбить палатку, и поменять масло в «форде-эскорт». Эти мужчины укрощали природу. Выживали на заре цивилизации. В глухомани. Они росли без вай-фая. Представляешь? Их детство – это почти глава из «Робинзона Крузо». Прикинь?
У нас есть масса знаний в неведомых им областях, и абонемент на кроссфит, и бородка, подстриженная стилистом, и аккаунт в Фейсбуке, но мы понятия не имеем, как настелить дощатый пол или к чему крепится привод распредвала. Нам ни в жизнь не построить веранду.
Имей в виду, это не так просто – объяснить тебе, что значит быть мужчиной. Я постараюсь сделать что смогу.
В общем, это непросто – объяснить, что значит быть мужчиной. Для разных людей это означает разное. И с разными людьми.
Я хочу, чтобы ты понимал: ты можешь стать кем захочешь, но это совсем не так важно, как помнить другое: ты имеешь право стать тем, кто ты есть. Надеюсь, что я – всего лишь бета-версия. Что ты станешь в большей степени мужчиной, чем я. А главное, в большей степени человеком.
Короче, так. Мне безразлично, будешь ли ты верующим и до какой степени. И станешь ли молиться Богу. Пока ты не грубишь маме, не убиваешь, не воруешь, не болеешь за «Манчестер Сити» и не делаешь других ужасных вещей, меня реально не волнует, из какого источника ты черпаешь моральные принципы – из красной книжицы Председателя Мао или из коробки с пончиками.
И возлюбили люди пробки свои. Так возлюбили, что сделали маленькие жестяные домики, поставили их на колеса с мотором и стали всю зиму проводить в пробках.
А тут и Бог вернулся. И посмотрел Он на людей, и в неизреченной доброте своей снизошел на землю и провел желтую линию в метре от багажной ленты. И сказал Бог: «Да остановятся все пассажиры за желтой линией, да узрят же оттуда прибытие своего багажа».
будет вызывать у тебя вопрос: «А почему?» Я уже сейчас могу тебе сказать, что в 95 процентах случаев буду давать тебе один и тот же ответ: «Потому что люди – придурки». Окей? Окей.
Нет, сейчас ты этого, конечно, не поймешь. Но потом узнаешь, что вещи, которые остаются у нас в памяти с детства, – это очень странные вещи. Пожалуй, самые странные на свете.
Нет-нет, я ничуть не жалею о той поре, когда ты еще не родился. Ничего подобного. Но, как бы это тебе объяснить, я тогда спал немножко больше. А мне это нравится – спать. У меня это хорошо получается.
В таком случае для начала я позволю себе заметить, что быть родителем – это не такое плевое дело, как кажется. Надо держать в уме массу вещей.
Кстати, примерно полгода спустя те же самые медсестры убеждали меня, что ребенка «в этом возрасте» пора уже перестать кормить по ночам, и даже предложили испробовать «какие-нибудь методики для снижения аппетита». Я уточнил, следует ли нам научить тебя курить. И опять, видимо, сказал что-то не то.
Нельзя сквернословить. Нельзя называть манеж «загоном». Надо понимать, что, когда воспитательница детсада говорит о «лакомстве, приготовленном самой природой», она, как правило, имеет в виду не бекон.
Но дело в том, что в наше время дети – это уже не просто дети, а маркер идентичности. Отчего так вышло, никто не знает. Десять тысяч лет полового просвещения, и вдруг наше поколение проникается сознанием, что из роддома мы несем не младенца, а хренов кубок Стэнли. Словно до нас никто не размножался.
Я спросил, чем конкретно употребление хот-догов грозит детям, и мама Фелисии прошипела: «Менингитом!» А я сказал: «Ну, ради хот-дога можно и рискнуть!» И она очень, очень разозлилась.
Видимо, мне не стоило говорить маме этой Фелисии: «Вы бы лучше приняли феназепамчику под рюмочку, и все дела. Акуна матата!» Точно не стоило.
Говорят, злым никто не рождается. Еще говорят, что злых людей вообще не существует. Я не специалист и не берусь об этом судить. Единственное, что я знаю, – что говнюки существуют. И хотел бы, чтобы ты по возможности не стал говнюком.
Но мне хотелось объяснить тебе, что иногда сильнейший – это не тот, кто бьет. А тот, кто не бьет. Понимаешь?
Герой – это тот, кто знает, что победит, но отказывается драться.
А мораль заключается в том, что не обязательно давать сдачи. Хотя иногда и приходится, если защищаешь того, кто слабее.
А в остальном – чтобы никаких драк. Если только тебе не приходится защищаться. Или защищать других.
Хотя… Понимаешь, все не так просто. Поверь, я не собираюсь тебе врать, утверждая, что в мире не существует зла. Оно существует. Порой кажется, будто этот мир до краев наполнен непонятным, непостижимым, неизмеримым, немилосердным злом. Насилием, несправедливостью, жадностью и слепой яростью.
Никогда не отмалчивайся. Всегда будь рядом с тем, кто в тебе нуждается. Не отводи глаз. Никогда не бей только потому, что можешь. Жалей слабых. И не превратись в типа в рекламном агентстве с панорамными окнами, уверенного, что «добренький» – обидное слово.
Жизнь, она такая. Она будет требовать от тебя того и этого. Ты должен быть честным, храбрым и справедливым. Любить и быть любимым. Проваливаться. Уходить со сцены. Торжествовать. Находить в себе силы. Терять голову.
Базовых требований к друзьям, разумеется, не существует. Но раз уж на то пошло, кое-какие не помешали бы. Настоящий друг не уведет у тебя девушку. Настоящий друг не сопрет у тебя лучшего воина в World of Warcraft.
Кроме того, думаю, он неплохо играл бы на ритм-гитаре, этот самый Сэм. Чубакка – скорее на ударных. Оруженосец – клавишник. Рон Уизли, гад, разумеется, бас-гитара. Басисты вечно уводят девчонок. А «Гусь», он да, погибнет. Поэтому сыграть не сможет. Ну, разве что в ящик.
Потом мы стали старше. Я перебрался в Стокгольм. Познакомился с твоей мамой. Обзавелся жилплощадью и колесным средством. А дальше, знаешь, как оно бывает. Хотя нет, пока не знаешь. Но того, что было раньше, больше нет. Вдруг ни на что не стало времени. И сил. Появились другие приоритеты. Мы стали взрослыми.
В общем, лучшие друзья необходимы. Это знал Фродо. Знал Хан Соло. Это знали Хи-Мен и Маверик. Нужен тот, кому можно позвонить, когда приходится передвигать книжный шкаф. Или просто захочется сказать: «Эх, дали бы Златану поиграть от обороны!» Или:
Твоя мама не то чтобы в восторге, когда я жарю что-то в пиве, поэтому иногда я готовлю хот-дог у бабушки с дедушкой. Имей в виду: пива в общей сложности уйдет две банки. Потому что одна понадобится твоему дедушке.
Твоя мама не то чтобы в восторге, когда я жарю что-то в пиве, поэтому иногда я готовлю хот-дог у бабушки с дедушкой. Имей в виду: пива в общей сложности уйдет две банки. Потому что одна понадобится твоему дедушке. Когда будешь лить пиво на сковородку, может пойти дым, но ты не беспокойся. Как выражается Златан Ибрагимович, «для такого профессионального уровня это нормально». Колбаски я обжариваю, пока они не приобретут такой вид, будто их обработали персонажи «Сынов анархии». Но если ты не увлекаешься телесериалами, то можешь снять их с плиты чуть раньше.
Хлеб должен быть строго белым. То есть настолько белым, что ты можешь не сомневаться – он сполна заплатил все налоги, включая НДС.
Тебе встретится немало людей, которые захотят потолковать с тобой о смысле жизни. Для чего мы живем. Некоторые наиболее умные представители человечества даже пытались это сформулировать.